Провал проекта «Дитя Грома» в свое время действительно нанес тяжелый удар по Одину, находившемуся тогда на пике своего могущества. После этого он надолго погрузился в глубокую депрессию.

В тот период Один изводил себя сомнениями, и даже его характер начал меняться. Однако в самый критический момент, осознав ответственность вождя за весь свой род, он заперся в тренировочных залах и истязал себя тренировками как безумец. К тому времени, как он снова начал путешествовать среди кланов драконов, стало ясно, что в нем произошли перемены.

В противном случае Единодушные не смогли бы так быстро нащупать ту единственную рану и обиду, которую он пронес в сердце сквозь сотни лет.

Единодушные были мастерами чтения человеческих душ. Несмотря на внешнее спокойствие Одина после их слов, он на мгновение выдал свою заминку и тень раздумий. Заметив это, гвардейцы за спиной Андерсона бесшумно рассредоточились. Из прямого строя они постепенно образовали кольцо, окружая Одина.

Это движение заставило Одина очнуться. Он немедленно отступил, а между его ладоней начала сгущаться фиолетовая молния.

— Пустая болтовня. Наглая ложь. Я никогда не пойду с вами ни на какие сделки.

Его яростная драконья мощь вспыхнула вновь. Но на этот раз коллективная воля Единодушных явно подавила инстинктивный страх гвардейцев. Андерсон холодно рассмеялся. Не торопясь действовать, он лишь спокойно произнес: