Все это время Единодушные внушали такой ужас во многом благодаря их абсурдному механизму «разделения». Общие воспоминания. Общее сознание. Общее зрение. И всё это синхронизировалось в режиме реального времени — безупречно.

Одним из преимуществ, которое это давало, было то, что под усилением своего оттиска они могли мгновенно приобретать знания и навыки десятков тысяч последователей. Одного этого уже было достаточно, чтобы выстоять в течение нескольких разменов в бою. Трудно было даже вообразить, насколько ужасающим станет их усиление, если такой мастер, как Один, будет полностью ассимилирован.

Другим источником давления было то, что, хотя Единодушные доставляли Леону бесконечные проблемы, он все еще не мог нанести по ним прямой удар. Ведь все эти люди были принуждены стать частью коллективного разума. До своего обращения они были невиновны. Это означало, что пока они не найдут истинных правителей Церкви, Леон и остальные всегда будут в невыгодном положении.

И вот теперь злобный вдохновитель, скрывавшийся за кулисами, наконец обнаружил себя. Их долгое терпение не было напрасным.

— Вице-епископ Дилан.

Леон на мгновение прочесал свою память, а затем произнес:

— Никогда о нем не слышал. Они хорошо спрятались.